КНИГИ ОБ ОДЕССЕ


Деревянко К - На трудных дорогах войны. Подвиг Одессы(Путь русского офицера)-2015   скачать pdf



    От сильных ударов волны крен на левый борт уже начал до¬ходить до критических пределов, и палуба уходила под воду. Я как сейчас слышу отвратительные щелчки-удары маятника креноме¬тра о предельную планку с отметкой 53 градуса. А до Севастопо¬ля далеко, мы у южного берега Черного моря и укрыться негде. Волна катит через все море, она уже намного выше мостика.
Стихию можно победить только выдержкой, мастерством и мужеством всего экипажа. Да, но все смотрят на командира: как

48
К.И. Деревянко
он там на мостике ведет себя — не обмяк, не раскис? И какие примет меры, чтобы разумно отиггормиться? Это я вижу по по¬ведению помощников, по их наводящим вопросам и намекам: что будем делать? Ведь так продолжаться долго не может. А раз так, командиру надлежит выкладываться полностью. В спо¬койной обстановке ты проявлял властность, требовал порой на грани возможного. Изволь показать себя, на что способен в чрезвычайной обстановке. Дрогнешь, растеряешься, при¬мешь неумные решения, начнешь подавать непродуманные команды, неуверенным тоном, дрожащим голосом — считай, пропала твоя власть над людьми, пошатнулся твой авторитет и на будущее. А без авторитета командиру нечего и стремиться на командирский мостик.
Я понимал, что мне нужно решиться на принятие мер, рас¬ходящихся с действиями флагмана, и отдавал себе отчет в от¬ветственности за свои поступки. Но продолжать движение за эсминцами курсом 330 градусов при таком ветре и волне от норд-оста уже опасно и мучительно для машинной команды. Надо облегчить положение корабля и экипажа — уменьшить бортовую качку. А для этого следует привести корабль к ве¬тру. Значит, придется оторваться от соединения и оказаться в самостоятельном плавании. Не теряя времени на запросы, я принял решение следовать приемлемым для себя курсом и ходом, самостоятельно отштормиться.
Приказываю штурману Н. Глазунову подвернуть вправо на 30 градусов. Курс — норд. Направление на Феодосию. Борто¬вая качка уменьшилась, но усилилась килевая. Корабль стал сильно зарываться носом в воду. Уменьшил ход до 12 узлов. И в это время радист доложил сигнал флагмана: «Кораблям иметь ход 12 узлов». Значит, и эсминцам несладко.
Приказываю своему помощнику П. Щербанюку и меха¬нику А. Харчевину поставить на вахту в машины и к котлам наиболее опытных машинистов и предупреждаю, что смены не будет много часов; из кормового кубрика перевести людей

На трудных дорогах войны
49
в носовые; запретить хождение по палубе — кораблю должен быть обеспечен ход и нельзя потерять ни одного человека; про¬верить герметичность люков, чтобы корабль оставался водо¬непроницаемым, — это залог безопасности.
Донес флагману о своих действиях и даже успокоился, что предпринял все возможное. Пусть эсминцы следуют в Сева¬стополь, а мы отштормимся и придем позже. Но разве такой человек, как наш комбриг Михаил Захарович Москаленко, славный мореход и отважный воин, бросит свой корабль? Что вы! Он сообщил мне по радио: «Следую впереди вас тем же курсом, на пределе слышимости УКВ».
Тем временем ветер продолжал усиливаться. Замер показал 27 метров — это без малого ураган. 11 баллов! Волна стала еще выше. А черноморская волна противная. Она — не как океан¬ская, пологая, а короткая и крутая, бьет словно молотом.
Сторожевик имел красивый развал бортов в носовой части, но этим развалом он бил о воду. Очередная волна высоко под¬нимала нос корабля, и казалось, что ты находишься на горе. Но уже в следующий миг нос падал вниз с волны и зарывался вместе с пушкой в следующую волну, а многотонная масса воды обрушивалась на мостик. И мы там, держась руками за поручни, плавали мокрые до нитки, ибо никакая герметизация одежды не способна была удержать воду. Сколько бы ни от¬плевывался, морская вода непрерывно проникает в рот. Много я попил соленой водички в ту памятную ночь.
Когда нос корабля падал с гребня на подошву волны, про¬исходил гидродинамический удар. И в это время положение осложнялось еще больше. Корабль, идя под углом к волне и имея килевую и бортовую качки, падал носом не ровно, а бо¬ком, корма поднималась высоко вверх косо. Корабль описывал отвратительную фигуру — крученую восьмерку не в одной пло¬скости. Один винт в воде, а другой с бешеным ускорением мо¬лотил воздух. Начиналась такая вибрация всего корабля, что за поручни неприятно держаться. Корпус испытывал предельные

50
К.И. Деревянко
напряжения. Но вибрация — одно зло, а в это время паровая турбина «воздушного» винта, не имевшего упора в воду, резко увеличивала обороты, устремляясь «вразнос», и машинист, как эквилибрист, непрерывно вращал маховик маневрового клапана, меняя количество пропускаемого пара, иначе турбина могла развалиться.
Удары в сочетании с вибрацией так сильны, а качка так стремительна, что при падении носа корабля на подошву волны новичку-командиру, проходившему у нас стажировку, каза¬лось, что рушатся мачты, разваливается корабль, а он сам летит в пропасть. До сих пор помню, как после очередного удара довольно-таки храбрый старшина рулевых истошно закричал: «Товарищ командир, кажется, у корабля оторвало нос». Оста¬новил его: «Молчите, точнее держите корабль на курсе». Но какая там точность — от удара волны корабль уваливался от курса на 30 градусов, а потом, едва возвратившись, уклонялся в другую сторону. Ударами волн выбило все окна на ходовом мостике.
Чтобы ослабить удары волн, уменьшил ход до 6 узлов. В многочасовой борьбе не выдержало слабое звено. После оче¬редного сильного удара волны корабль покатился влево, и ру¬левой тревожно доложил: «Корабль не слушает руля». Из всех неприятностей флотской службы для командира эта — одна из мерзких. Корабль неуправляем и, хотя на ходу, все время норовит стать бортом к волне. Опять выматывающая бортовая качка. Она настолько стремительна, а крен угрожающ, что все на корабле, что привязано, пытается сорваться, а что сварено с корпусом, грозит переломиться; люди, чтобы не свалиться и не смыло за борт, держатся за надежные устройства.
Все мои мысли о руле. И каково там сейчас машинистам? Вентиляторы остановлены, так как через них заливает машин¬ные отделения. Температура там 45 градусов. Сдадут люди — и последствия трудно предвидеть. Ведь на походе машина и руль — это все.

    

- 017 -  


фото    [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43] [44] [45] [46] [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] [54] [55] [56] [57] [58] [59] [60] [61] [62] [63] [64] [65] [66] [67] [68] [69] [70] [71] [72] [73] [74] [75] [76] [77] [78] [79] [80] [81] [82] [83] [84] [85] [86] [87] [88] [89] [90] [91] [92] [93] [94] [95] [96] [97] [98] [99] [100] [101] [102] [103] [104] [105] [106] [107] [108] [109] [110] [111] [112] [113] [114] [115] [116] [117] [118] [119] [120] [121] [122] [123] [124] [125] [126] [127] [128] [129] [130] [131] [132] [133] [134] [135] [136] [137] [138] [139] [140] [141] [142] [143] [144] [145] [146] [147] [148] [149] [150]



             

Интернет реклама УБС

Интернет реклама УБС

Интернет реклама УБС