КНИГИ ОБ ОДЕССЕ


Губарь О.И. - 100 вопросов за Одессу - 1994   скачать pdf



    ГЛАЗАМИ ПРИЕЗЖИХ.
• Простой народ в Одессе зарабатывает денег больше; чем в ином месте, но, к несчастию, пропивает свой заработок; пьяных везде множество. Простые девушки с наслаждением грызут семечки под¬солнечников, тыквы и дынь. Когда под вечер их соберется несколь¬ко под воротами домов, начинается нескончаемая болтовня; се¬мечки щелкают, скорлупки шуршат; часа в полтора тши>го раута набирается их на земле, как будто поблизости драли крупу. В какое общество ни войдешь, с кем ни заговоришь о прислуге; везде слы¬шишь одни и те же жалобы на леность, бесчестность и пьянство. Плата дорогая; самая низкая поденная 75 коп. серебром. Это пол¬учает работник, вовсе ничего не знающий, но расторопный и смет¬ливый получает от 1 руб. до 1 руб. 50 коп. в день. Я спросил у одного подмастерья слесаря, что он получает в неделю: “На го¬товых харчах с хозяйской квартирой, — ответил он, — по шести с полтиной в неделю, а на своих — по 15руб.“ Из этого хорошего жалованья, однако ж, редко который скапливает себе что-нибудь: по большей части все идет на водку и на пирушки. He только рус¬ские мастеровые, но и немцы, и другие иностранцы очень скоро спиваются с кругу. Евреи составляют блистательное, исключение; между ними находят лучших работников, самых смышленных, лов¬ких и трезвых, поэтому во многих случаях еврея предпочитают рус¬ским и немцам.
М. Б. ЧИСТЯКОВ, 1М59 г.
Дагерротип — изобретение одесское?
Почти что так. Во всяком случае, если говорить о Рос¬сии, то именно в Одессе фотография делала первые свои шаги.
Прежде чем назвать поименно патриархов фотодела в Южной Пальмире и коротко их охарактеризовать, заме¬тим, что фотография в приморском городе имела своих предшественников. Так, здесь устраивались специфиче¬ские “зрелища" — демонстрации разного рода оптических фокусов, основанных на использовании камеры-обскуры: плеорамы, косморамы, диа-панорамы и т. п. Все это напо¬минало показ теперешних “слайдов". Еще во времена Крымской войны в космораме при “Новороссийской" гос¬тинице или в так называемом “Кабинете светозорий" за умеренную плату можно было увидеть изображения Мон¬блана и Женевского озера, Рио-де-Жанейро и Нью-Йорка, Дрездена и Вены, а заодно — “балетной девушки Калионы Шимони из г. Пьемонта “.
Фотографы в то время уже бовсю развернули бурную деятельность, однако, как и всякое нововведение, фотогра¬фия должна была стать привычной для горожан. На первых порах они относились к фотомастерам с недоверием и пред¬почитали увековечивать свой облик, прибегая к услугам местных художников-портретистов — Галли, Медеве, Со¬рокина, Фросте и других. Самое первое объявление, свя¬занное с изготовлением “дагерротипных портретов", обна¬ружено нами в газете “Одесский вестник“ от 27 февраля 1843 года: “Нижеподписавшийся, достигши высокой степе¬ни совершенства в сходстве и чистоте отделки портретов посредством дагерротипии, приглашает любителей сего удивительного изобретения пожаловать к нему для состав¬ления понятия о его нынешних произведениях". “Ниже¬подписавшийся “ — пионер одесской фотографии Филипп Гаас (Гааз). Вот как по-одесски иронично и бойко описы¬вает его фотомастерскую известный польский романист
Юзеф Игнаци Крашевский, посетивший город в том же 1843 году.
“Открывается внутренность грязного закутка, в котором фоном служит стена, обитая белым фланелевым покрыва¬лом; вместо аксессуаров горы мусора и грязной посуды. Столик, два кресла — возле камеры. Усаживают тебя с удивительной поспешностью перед тяжелой камерой, ук¬ладывают голову... И бедняге сказано сидеть тридцать се¬кунд неподвижно. Помощник г. Гааса (к тому же глухого) проворно закрывает стекло и говорит: “МерсиОсвобож¬дающийся мог бы ответить так же с намного более глубо¬ким чувством. Есть за что. Далее входим в помещение, полное художественного беспорядка, сцена дополняется ароматами химикалий, жареного и т. д. Все это происходит очень быстро, отчасти прозаично... Наконец, пластинка вы¬шла из повторной ванны, обработана и оправленной пред¬стает пред взором. Потребность наглядно увидеть, как воз¬никают черты твоей внешности... очаровывает. Похож — не похож. Смущен. Пятнист. Невыразителен. Лицо госпо¬дина морщится. Г-н Гаас, к счастью своему глухой, при¬нимает выражение лица за знак согласия, отбирает 25 руб. ассигнациями и приготовляет новую пластину
И все же — спасибо старику Гаасу! Он начал большое дело, завершив его к 100-летнему юбилею города уникаль¬ным альбомом — своеобразной фотолетописью Одессы. Вслед за Гаасом дагерротипную мастерскую открыли Ку- бат и Диэц. Помещалась она на Ришельевской улице, в том же доме, что и лучшая в городе типография Брауна. Местный ежегодник “Новороссийский календарь“ сохра¬нил для нас имена других патриархов фотодела: Гешеле, Гольдштейн, Кордыш, Сковронский, Хлопонин. Некоторые из первых фотографов-консультантов приезжали в город из Австрии и Франции, обучали своему искусству одесси¬тов за немалую плату — 250 — 300 руб. серебром за курс.
Во второй половине 50-х — начале 60-х годов XIX сто¬летия фотография все решительнее внедряется в обще¬ственный быт Одессы. Успеху дела в известной мере спо¬собствовало то обстоятельство, что хороший портрет, сде¬ланный хорошим же живописцем, обходился много дороже фотографии, да и хлопотное это дело — часами позировать художнику. Впрочем, по несовершенству тогдашней фото¬техники профессии художника и фотографа были доста¬точно близки. Ибо “почти всякое фотографическое изобра¬жение по окончательном переводе его на бумагу (позитив) требует еще и ретушевки". И горе было тому, кого запе¬чатлел умелый фотограф, но скверный ретушер, потому что его произведения далеко не всегда соответствовали оригиналу.
Из первых одесских фотографов, несомненно, повезло г-ну Кордышу. Вообще говоря, он был известен горожанам как гравер, но никого не удивила его страсть к новомод¬ному фотоделу. Некоторое время он увлеченно постигал суть открытий Дагера, Ньепса и Толбота, а затем закупил “фотографические снаряды“ и открыл фотомастерскую. Главным же помощником новоиспеченного фотомастера сделался известный рисовальщик и литограф Франц Гросс, хорошо известный почитателям “Одессики “ своими ри¬сунками, запечатлевшими старый город. Будучи близким другом Кордыша, Гросс не только сделался его компаньо¬ном, но выделил под мастерскую несколько комнат своей квартиры в Красном переулке. При таком содействии дело пошло отлично: “Мы видели там множество портретов зна¬комых нам лиц, — свидетельствует современник, — и бы¬ли поражены изумительным сходством и изяществом...“.
Творческий союз фотографа и художника не вызовет особого удивления, если вспомнить о сложностях с рету¬шированием. В своей “Старой Одессе“ Александр Дерибас прямо говорит о том, что искусство фотографии в те годы приравнивалось к живописи, и фотографы Мигурский, Фе- доровец, Хлопонин, Мичри принимали деятельное участие в организации Общества изящных искусств (1865 г.), “как заправские художники “.
    

- 071 -   next


фото    [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43] [44] [45] [46] [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] [54] [55] [56] [57] [58] [59] [60] [61] [62] [63] [64] [65] [66] [67] [68] [69] [70] [71] [72] [73] [74] [75] [76] [77] [78] [79] [80]



             

Интернет реклама УБС

Интернет реклама УБС

Интернет реклама УБС