КНИГИ ОБ ОДЕССЕ


Деникин А.И., Маргулиес М.С., Брайкевич М.В. - Французы в Одессе. Из белых мемуаров (1928)   скачать pdf



    Все последовавшие действия французского командования клонились по существу к выручке чинившегося „Мирабо". Хаотическая эвакуация напоминала одесскую и произведена была в весьма ограниченных размерах, так как все лучшие пароходы были расписаны под французские и греческие войска и грузы.-2 апреля адм. Амет распорядился о немед¬ленном оставлении Севастополя всеми чинами Добр, армии и прекратил в этот день фактически эвакуацию русских людей и нашего военного имущества. По распоряжению Амета адмирал Саблин должен был уйти с судами, которые он успел -вывести, не позже вечера 3 апреля... В угоду севастопольскому „революционному комитету* французские власти наложили арест на продовольственные грузы Добр. Армии, арестовали весь состав крымского правительства и под угрозами потребовали сдачи им Краевой казны и воз¬вращения Севастопольскому—уже большевистскому—казна¬
чейству пособий, розданных по распоряжению правительства и коменданта несчастному служилому люду: Военное и мор¬ское имущество, неисправные суда, авиобазы, и т. д. были брошены или подверглись разрушению — были союзниками „обезврежены, чтобы ими не воспользовались большевики..."
Французское командование принимало решительные меры, чтобы отмежеваться от всякого общения с российской „контр-революцией" и тем облегчить предстоящие перего¬воры с большевиками.
В эти дни нашего национального несчастия ответствен¬ными представителями Франции, казалось, было сделано все, чтобы переполнить до краев чашу русской скорби и.уни¬жения. Вот, например, финальный эпизод, характерный для всей эвакуации... 3 апреля ушел последний русский пароход „Георгий", и на внешнем рейде' стояли еще иностранные пароходы, приютившие беженцев. На одном из них — фран¬цузском пароходе ,Дюге-Труян“ находился нач. штаба ген. Рерберг и чины штаба (с семействами), до последнего мо¬мента исполнявшие- свои обязанности. 7 апреля получено было приказание с французского флагманского судна — всем русским офицерам покинуть французский' корабль... „Приходилось, — пишет Рерберг, — попадать в руки больше¬виков или кидаться в море".,. Выручил английский адмирал, принявший офицеров с семьями на свой транспорт.
2 апреля началось наступление большевиков на Кора¬бельную слободку и Инкерманский водопровод, не занятый союзниками, который большевики и захватили к ночи, оста¬вив город без воды.. На следующий день встретились совет¬ские и французские парламентеры, и начались переговоры. Но большевики были требовательны, и два дня поэтому гремели орудия союзного флота, производя впечатление довольно внушительное на ничтожный численно больше¬вистский отряд, подступивший к городу. 5-го все .стихло: французы заключили с большевиками перемирие, не нару¬шавшееся до 15 апреля, когда закончилась эвакуация фран¬цузских и греческих войск. Печать сообщала о каких-то беспорядках, среди французских матросов и , солдат, о ше¬ствиях в городе с красными флагами, в которых будто и французы принимали участие, об усмирении манифестан¬тов огнем, открытым цветнымй войсками и греками...
Корабли с беженцами шли в Константинополь, в Пирей, к берегам Черноморской губ. Крымские правительственные учреждения высадились в Новороссийске и Туапсе, возбудив ¦ вопрос об „иммунитете", в качестве представителей „союз¬ной державы". Полагая, что роль крымского правительства уже закончена, я дал указания Черноморскому губернатору считать чинов правительства и прибывающих учреждений
Л. И. ДЕНИКИН
его —частными лицами; Керченский уезд поступил в упра¬вление Ос. Совещания.
Там, на Акманайских позициях, устроенные и перефор¬мированные в дивизию части бывшей Крымско - Азовской армии, поддержанные с Черного и Азовского морей огнем орудий русского и союзного флотов, главным образом английских, в течение двух месяцев отстаивали упорно по¬следний клочок Таврического полуострова, послуживший нам в начале июля исходным плацдармом для нового победного
“ТТС. тяжелой боевой работе' своей мы не были оставлены попечением французского командования. 5 апреля, следовательно уже после „Одессы" и „Севастополя", ген. Боровский получил чрезвычайно резкое и оскорбительное письмо от франц. капитана 2 ранга Бенета, назначенного „командующим отрядом судов, для обороны Керченского полуострова*. Бенет, на основании инструкций командую¬щего флотом, между прочим писал:
„Я должен быть поставлен в известность предста¬вителем ген. Деникина об отданном последним прика¬зании о передвижениях Добровольческой армии. Эти передвижения могут быть допущены только по пись¬менному распоряжению, подписанному представителем ген. Деникина и мною. В противном случае я буду противодействовать силой... Было бы также желательно сообщить ген. Деникину, что союзники — хозяева моря
Генерал Романовский сообщил французской миссии, что, в виду „явно вызывающего характера этого сообщения*, главнокомандующий В. С. Ю. Р. находит необходимым, чтобы капитан,Бенет был бы немедленно отозван, так как испол¬нение им своих угроз может вынудить начальников Добро¬вольческих войск к действию артиллерий против француз-
Капитан Бенет, по уведомлению ген. Франше д'Эспре, был отчислен от должности В сущности он только слиш¬ком прямолинейно выполнил полученный приказ и выразил, хотя и в лапидарной форме, те именно взгляды и те отно-
цузского командования на Юге России.
    

- 040 -  


[1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43] [44] [45] [46] [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] [54] [55] [56] [57] [58] [59] [60] [61] [62] [63] [64] [65] [66] [67] [68] [69] [70] [71] [72] [73] [74] [75] [76] [77] [78] [79] [80] [81] [82] [83] [84] [85] [86] [87] [88] [89] [90] [91] [92] [93] [94] [95] [96] [97] [98] [99] [100] [101] [102] [103] [104] [105] [106] [107] [108] [109] [110] [111] [112]



             

Интернет реклама УБС

Интернет реклама УБС

Интернет реклама УБС